25 февраля 2026 года стало символом новой реальности для России: война всё дальше от фронта, но всё глубже внутри страны. Дроны атаковали химзавод «Дорогобуж» в Смоленской области — за тысячу километров от границы, погибли сотрудники, повреждена инфраструктура. Волонтёры подтвердили имена 200 тысяч погибших на СВО, почти 40% — добровольцы из бедных регионов. Переговоры России, Украины и США зашли в тупик, в Вашингтоне уже не верят в скорое соглашение. За четыре года по Украине выпущено 13 тысяч ракет и 88 тысяч дронов — прямые военные расходы оцениваются в сотни миллиардов долларов, а совокупные — свыше триллиона. На фоне войны растёт инфляция, закрываются сотни малых предприятий, фиксируется волна банкротств. Даже на фронте — кризис связи: военные отказываются от национального мессенджера Max, опасаясь сбоев и утечек данных. Война продолжает расширяться — географически, экономически и политически.
25 февраля 2026 года стало символом новой реальности для России: война всё дальше от фронта, но всё глубже внутри страны. Дроны атаковали химзавод «Дорогобуж» в Смоленской области — за тысячу километров от границы, погибли сотрудники, повреждена инфраструктура. Волонтёры подтвердили имена 200 тысяч погибших на СВО, почти 40% — добровольцы из бедных регионов. Переговоры России, Украины и США зашли в тупик, в Вашингтоне уже не верят в скорое соглашение. За четыре года по Украине выпущено 13 тысяч ракет и 88 тысяч дронов — прямые военные расходы оцениваются в сотни миллиардов долларов, а совокупные — свыше триллиона. На фоне войны растёт инфляция, закрываются сотни малых предприятий, фиксируется волна банкротств. Даже на фронте — кризис связи: военные отказываются от национального мессенджера Max, опасаясь сбоев и утечек данных. Война продолжает расширяться — географически, экономически и политически.