Россия одновременно сталкивается с серией системных кризисов. Порт Усть-Луга — ключевой нефтяной хаб — горит после атак дронов, ставя под угрозу экспорт и бюджет страны. На фронте Z-военкоры впервые открыто говорят о тупике и невозможности наступления из-за доминирования дронов. На этом фоне Зеленский предлагает «пасхальное перемирие», но стороны не готовы к реальному прекращению огня. Внутри страны усиливается цифровая изоляция: обсуждаются ограничения VPN и платный доступ к внешнему интернету. Экономика тем временем охлаждается — КамАЗ и другие гиганты переходят на сокращённую рабочую неделю, рынок рушится, а увольнения растут рекордными темпами. Всё это складывается в картину нарастающего давления — от фронта до повседневной жизни обычных людей.
Россия одновременно сталкивается с серией системных кризисов. Порт Усть-Луга — ключевой нефтяной хаб — горит после атак дронов, ставя под угрозу экспорт и бюджет страны. На фронте Z-военкоры впервые открыто говорят о тупике и невозможности наступления из-за доминирования дронов. На этом фоне Зеленский предлагает «пасхальное перемирие», но стороны не готовы к реальному прекращению огня. Внутри страны усиливается цифровая изоляция: обсуждаются ограничения VPN и платный доступ к внешнему интернету. Экономика тем временем охлаждается — КамАЗ и другие гиганты переходят на сокращённую рабочую неделю, рынок рушится, а увольнения растут рекордными темпами. Всё это складывается в картину нарастающего давления — от фронта до повседневной жизни обычных людей.